Кое-что о компьютерной графике
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Библиотека » Всеобщая история кино. » 18 «Фильм Д’ар» (Франция, 1908) (Том 1. Часть 4. Глава 18.)
18 «Фильм Д’ар» (Франция, 1908)
Tatyana_ArtДата: Суббота, 14.11.2009, 04:10 | Сообщение # 1
Страж
Группа: Администраторы
Сообщений: 290
Награды: 1
Репутация: 152
Статус: Offline
Во Франции, так же как и в Америке, кинопромышленники, чтобы выйти из кризиса 1907-1908 годов, хотели прибегнуть к соглашениям и картелям. Но кризис кино являлся одновременно кризисом сюжетов – ведь успех фильмов зависит от совсем других причин, чем цены марки автомобиля. Для того чтобы вывести кино из кризиса, нужно было произвести полный переворот в методах подбора авторов и актеров. Чтобы привлечь столько же зрителей, сколько привлекает театр, и даже больше, кино должно было перехватить у него некоторые из его козырей.
Несомненно, Мельес уже сделал первые шаги в этом направлении, поставив в 1904 году «Фауста» и «Севильского цирюльника». Но первая действительно значительная попытка была предпринята Бенуа Леви в 1907 году.
Этот делец, который представлял группу финансистов, участвовавших в монополии «Патэ», сделал юридические выводы из пророчества Дюссо, что «кино – это театр будущего», потребовав у представителей кинофирм соблюдения авторского права. Потом он подошел к этой же проблеме с творческих позиций и решил создать фильм-спектакль, продолжительность которого равнялась бы длине театральной пьесы. И, поскольку кино было тогда немым, он, естественно, обратился к пантомиме.
В течение 30 лет неизменным успехом пользовалась пантомима «Блудный сын», либретто которой было написано Мишелем Карре в 1890 году. Драматург Мишель Карре был сыном другого Мишеля Карре, составившего славу Второй империи, автора многих либретто, среди которых были «Свадьба Жаннетты», «Фауст» (для Гуно) и «Миньон» (для Тома). Бенуа Леви попросил Мишеля Карре экранизировать свою пантомиму. У Мишеля Карре не было никакого опыта работы в кино. Будучи деятелем театра, он поступил так, как поступал Мельес в 1897 году, – удовлетворился тем, что поставил свою пьесу в студии, как на театральной сцене, с той только разницей, что зрителей заменял киноаппарат.
Фильм «Блудный сын» снимался на студии «Патэ», где над Карре немало посмеялись. Со злым ехидством смотрел Зекка , как этот новичок совершал крупнейшие ошибки. Он загримировал белым своего классического Пьеро, а так как в декорации было окно с белыми занавесками, то, оказываясь на фоне его, актер сливался с ним и превращался в одного из безголовых персонажей, столь милых сердцу Мельеса в его трюковых фильмах.
В фильме «Блудный сын» роли исполняли знаменитый мим Жорж Ваг и его жена Менделис, а также Сержи и Гуже – все они были известными актерами, и имена их упоминались в программе.
В начале лета 1907 года «Блудный сын» был показан в театре Варьете, на летний сезон превращенном в кино. Фильм был длиной 1600 метров – факт, неслыханный для того времени, и сеанс вместе с антрактами длился около двух часов.
К этому опыту отнеслись с любопытством, но разочарование было всеобщим. Пока фильмы имели длину не более 20 метров, экранизированные театральные сцены еще могли иметь успех. Когда же в течение целого акта не происходило ни одной смены планов, то реакция зрителей была совсем иной.
«Это был очень плохой фильм, – говорил позднее Мишель Карре, став опытным режиссером, – я его делал со всей неопытностью новичка, а люди, посвященные в тайны этого нового искусства, не хотели мне помочь, а только радовались моим ошибкам».
Но авторитет Мишеля Карре в театральных кругах был велик, и его начинание, несмотря на коммерческий и эстетический провал, помогло уничтожить презрительное отношение к кино, бытовавшее до тех пор. «Начиная с этого времени, – писал в 1912 году Жан Кресс, – большие актеры и авторы не отворачивались больше от кино с прежним упорством и, я бы сказал, чванством».
Жассэ, со своей стороны, писал:
«Кинопромышленность, которой пессимисты ежедневно предрекали конец, росла и проникала всюду; театр теперь уже страшился ее конкуренции. Ведущие актеры больших театров и Комеди Франсэз, будучи не в силах противостоять кино, решили извлечь из него выгоду. Так был создан «Фильм д’ар».
Акционерное общество «Фильм д’ар» с капиталом в 500 тысяч франков было основано финансовой группировкой, организовавшей 25 марта 1907 года общество «Синема-холл» с капиталом в 1 500 тысяч франков и «Живую рекламу» для эксплуатации новых аппаратов: перифота, циклоскопа и фоторамы.
Судьбами «Фильм д’ар» вершили братья Лафит, имевшие большие связи в театральном и газетой мире. Вскоре об их начинаниях повсюду раззвонили журналисты, обладающие чисто парижским и несколько бульварным остроумием, например Ковьель, сотрудник самой крупной газеты 1907 года – «Матен», писал:
«Знаменитый кинематограф начнут теперь снабжать сценариями наши лучшие авторы, а играть в нем будут наши лучшие актеры. Кинематограф, покоривший Париж и каждый вечер отнимающий у театров часть их зрителей, обновляет свои программы. На смену снятым в кино драматическим спектаклям или водевилям по сценариям, написанным авторами, столь же скромными, сколь и неизвестными, придут пьесы, написанные Викторьеном Сарду, Эдмоном Ростаном, Альфредом Капюсом, Морисом Донне, Анри Лаведаном.
Мастера сцены уже принялись за работу, и знаете ли вы, кто будет играть? Мадам Сара Бернар, Габриэль Режан, Барте, Гранье, Сорель, Лавальер и господа Мунэ-Сюлли, Коклен, Люсьен Гитри, Ле Баржи – все наши великие звезды с небесных вершин».
Первый автор, сотрудничество которого обеспечил себе Поль Лафит, был Анри Лаведан.
Анри Лаведану было тогда около 50 лет, с 1898 года он был академиком. Он поднялся до высот драматической комедии, написав пьесы «Маркиз де Приола» и «Дуэль». В то время он был в зените своей славы, которая не пережила 1914 года.
Академик, он был знаком со всеми известными авторами и актерами и убеждал их работать для «Фильм д’ар», а тем временем «Иллюстрасьон», в котором он состоял почетным автором, расхваливал это начинание на своих страницах.
В начале 1908 года общество «Фильм д’ар» построило в аристократическом районе Нейи стеклянную студию по планам архитектора Формиже. Там были сняты первые фильмы. «Иллюстрасьон» печатала репортаж о репетициях «Возвращения Улисса» Жюля Леметра в постановке Ле Баржи.
«Вернемся на тихую улицу Шово в Нейи, где мсье Ле Баржи вместе с Кальметтом, который провел подготовительную работу и руководил первыми репетициями, заканчивает съемки «Возвращения Улисса» Жюля Леметра.
В высоком стеклянном павильоне мягкий свет, затеняемый, когда нужно, бархатными экранами, освещает пикантнейшую картину. В глубине декорации изображают зал во дворце Улисса с выходом на террасу с цветущими лаврами. Слева оливковая роща, зеленая листва которой наполовину закрывает сверкающую лазурь Ионического моря.
Другая декорация использована, чтобы защитить от холода операторов, ибо в этом гигантском зале вовсю гуляет ветер и холодно зверски, несмотря на две печки, раскаленные докрасна.
Техники проверяют прочность своих хрупких установок. Мальчики-помощники расстилают меха на королевском троне. За всеми этими приготовлениями наблюдает г-н Кальметт, внимательный режиссер. Полуголые греки, накинув пальто на короткие туники без рукавов, греки в белых пеплумах, слегка замерзшие вдали от жаркого солнца Итаки, прогуливаются взад и вперед, ожидая главных действующих лиц, и мало-помалу собираются, дрожа около двух печек.
Вскоре к ним спускается г-н Альбер Ламбер, лучше, чем они, защищенный от холода своей шерстяной хламидой. Все это смешение жилетов, рабочих блуз, искусных драпировок и театральной мишуры как бы напоминает остановку колесницы Тесписа. Живописно до крайности.
Кто-то курит, несмотря на запрещение, – ведь в накуренном помещении трудно снимать. Но вот появляется г-н Ле Баржи, строгий страж дисциплины, и просит своих товарищей перестать курить. И только Поль Мун, великолепный Улисс с обнаженными мужественными руками, в сандалиях на крепких ногах, осмелится впоследствии нарушить этот запрет.
Вот, наконец, и мадам Барте, более чем когда-либо гибкая, гармоничная и свежая в белой ткани, окаймленной крокусами. Ждали только ее, и теперь начинают.
Приступают к третьей картине, в которой великий жрец (Делоне) представляет королеве претендентов на ее руку во главе с Антиноем (г-н Альбер Ламбер). Сцена оживает под энергичным руководством Ле Баржи. 4–5, может быть, 6 раз начинают все сначала. Наконец дело пошло и операторам из фирмы «Патэ» велено снимать. Но режиссер настолько требователен, строг и скрупулезно точен, что им недолго приходится крутить ручку. После целого утра и даже целого дня работы снято всего несколько метров фильма.
Площадка опустела. Скоро вновь начнут съемку.
Входите, претенденты, – приказывает Ле Баржи, – и нахальные воины с повязками на головах, в развевающихся хламидах переступают порог.
Входите, Барте, на колени, претенденты!...Встаньте! На колени, Делоне. Умоляющий жест. Нет! Нет! Барте! – И мадам Барте делает отрицательный жест, отталкивает воздыхателей и бросается к своему ребенку. Вы увидите, с какой нежностью, с каким страстным и в то же время сдержанным порывом, исполненным с величайшим искусством, идеальная Пенелопа ласкает своего любимого отпрыска.
Кончено. Маленькие мельницы аппаратов остановились. Переходят к следующей сцене».
Итак, Альбер Ламбер и восхитительная Барте играли перед аппаратами Патэ. Это значит, что «Фильм д’ар» пришлось договориться с большой фирмой. Неудача, постигшая «Синема-холл», принудила «Фильм д’ар» подписать с Патэ контракт на исключительное право коммерческой эксплуатации его фильмов. Однако в начале 1908 года, когда были объявлены предполагаемые постановки Лафита и Ле Баржи, Патэ основал ССАЖЛ, директора которого Декурсель и Гугенхейм предпочитали крупные заработки креслам академиков. ССАЖЛ и Патэ считали, что автор пьесы, имевшей успех, может потерпеть неудачу в кино. Они хотели снимать вещи апробированные, которые наверняка понравятся публике.
ССАЖЛ начал свою программу с фильма «Арлезианка» по Доде, «Западня» по Золя и «Король забавляется» по произведению Виктора Гюго. Художественным директором фирмы был не заслуженный деятель Комеди Франсэз, а актер Альбер Капеллани, с которым мы уже знакомы по его скромному дебюту у Патэ. В 1908 году он снял первый фильм ССАЖЛ в новой студии, построенной Шарлем Патэ в Жуанвиле. Вскоре к нему присоединился Мишель Карре.
«Фильм д’ар» вызвал и другие подражания. Фирма «Гомон» в то время переживала трудный период и воздержалась от подражания. А фирма «Люкс» поручила Мари Делиль из «Одеона» сформировать труппу, которая в июне 1908 года была занята в съемках художественного фильма длиной 248 метров в 38 сценах. Фильм этот, выпущенный под названием «Разбитое сердце», получил премию на международном конкурсе в Гааге.
Но ни одно из этих начинаний не прошло с таким блеском и не имело такого успеха, как опыт фирмы, руководимой Полем Лефлтом.
17 ноября 1908 года «Фильм д’ар» давала первое закрытое представление в зале «Шарра» перед избранной публикой. Эта торжественная генеральная репетиция была поворотным пунктом в истории кино.
В программу вошли:
«Секрет Мирто» – балет с Режиной Баде.
«Священный лес» – фильм по поэме Эдмона Ростана (текст читает Ле Баржи).
«Слепок» – пантомима с Максом Дирли, Мистэнгет и мимом Северином.
«Убийство герцога Гиза» – сценарий Анри Лаведана, постановка Ле Баржи и Кальметта. Играют Альбер Ламбер, Ле Баржи, Берта Бови, Габриэль Робинн и Дьедонне. Музыка Сен-Санса.
Представление было принято восторженно, и после окончания демонстрации «Убийства герцога Гиза» Шарль Патэ бросился к Лафиту с возгласом: «Вы сильнее нас!» Это свидетельствовало одновременно и о скромности Патэ и об остром понимании им рекламы, поскольку Патэ имел исключительное право на прокат «Герцога Гиза».
Событие было столь значительным, что газета «Тан» почтила его длинным фельетоном драматического критика Адольфа Бриссон, зятя и преемника Франциска Сарсе. Бриссон излагает художественные взгляды создателей «Фильм д’ар», цели, которые ставили перед собой режиссер Ле Баржи и его ассистент Кальметт. Их теории были далеко не глупы и оставались в силе во все время существования немого кино. А частично они с успехом могли бы быть использованы и сейчас.
«Когда мы расчищаем путь кино, – пишет Бриссон, – мы создаем искусство. Как только природа усилиями человека, его труда укладывается в определенные формы – возникает стиль. Актер, позирующий перед аппаратом и старающийся точно передать то, что от него требуют постановщики, одной лишь гармонией своих жестов или верным выражением лица создает внешний рисунок того персонажа, которого он должен изображать.
Схватить, отобрать, зафиксировать разнообразие жизненных проявлений и образов, обобщить их – такова задача. Но кино не ограничивается изображением действительности, оно оживляет прошлое и с помощью актеров восстанавливает великие события истории, воссоздает их среду и атмосферу».
А вот что говорит Бриссон об «Убийстве герцога Гиза»:
«Эта драма, пережитая заново, восстановлена во всем ее трагизме. Герцог Гиз вырывается из объятий Маргариты де Нуармутье, чтобы попасть в западню, где его ждет хладнокровно подготовленная смерть. Король вооружил убийц, расставил их на пути жертвы и, переходя от одного к другому, «натравливает, улыбается, ободряет», проверяет их шпаги, пробуя их остроту кончиком пальца. Появляется герцог, смелый, с решимостью во взоре, с гордой осанкой, уверенный в своих силах.
Едва он переступает порог королевской комнаты – восемь рук хватают его и закалывают. Он делает несколько шагов, увлекая за собой всю свору. Мы следуем за ним по коридорам дворца, присутствуем при его агонии. Он падает. Затем вытягивается, окровавленный, в разорванном платье. На земле валяется подушка короля с монограммой в короне; ее герцог схватил случайно, пытаясь защититься от ударов.
Дело сделано. Убийцы с облегчением вздыхают: «Все кончено». И Генрих подходит, счастливый и боязливый. Он велит обыскать труп. Письмо, которое на нем находят, возбуждает в нем ненасытную злобу: «Негодяй! Унесите его, я не могу его видеть!»
И шестеро убийц с трудом тащат громадное тело герцога вниз по лестнице. Его обвертывают соломой и бросают на пылающие в камине поленья.
Этот «зрительный рассказ», в котором Лаведан восстанавливает события с большой скрупулезностью и страстью, неизгладимо запечатлевается в памяти. Он не утомляет. Картины сменяют одна другую, иногда чересчур быстро и лихорадочно, иногда они слишком компактны, собраны, но в то же время удивительно впечатляющи. Это волнующий урок истории. Ничто так не доходит, как зрительные ощущения.
Альбер Ламбер, играющий герцога, и Ле Баржи в роли короля – великолепны. Вот настоящее амплуа для Ле Баржи. Не роли любовников, а характерные роли, роли кровожадных предателей, высокопоставленных негодяев. Он должен быть необыкновенным Яго и Салюстом.
...Еще одно слово... Камилл Сен-Сане создал для «Убийства герцога Гиза» шедевр симфонической музыки».
Публика подтвердила мнение критика. Перед «Убийством герцога Гиза» повсюду преклонялись как перед шедевром.
Об этом фильме говорили и много плохого. Уверяли, что он оказал на кино пагубное влияние, что он ввел жестикуляцию, декламацию, выспренность, пафос, что он завел кино на ложный путь, уведя его с правильного направления, намеченного Мельесом.
В противовес этому мнению мы можем сказать, что «Герцог Гиз» был хорош тем, в чем он превосходил Мельеса, и посредствен тогда, когда следовал его традициям.
Только люди, не видевшие этого фильма, могут утверждать, что актеры в нем жестикулируют и мелодекламируют. Такой упрек можно скорее отнести к актерам труппы Мельеса. Они злоупотребляют условными жестами (традиция, идущая от театра), утрированной мимикой, комикованием и гримасничанием. В «Герцоге Гизе», наоборот, актеры играют сдержанно, почти всегда верно. Они верны программе, которую изложил Бриссон: «Сводить движения к основному, добиваться чистоты и правдивости жестов».
Надо также признать, что сценарий Наведана хорош, как только может быть хорошим сценарий немой драмы, длящейся всего 20 минут и обходящейся почти без надписей.
Правда, историческое происшествие трактовано с несколько грубым реализмом. Сейчас мы бы не вынесли вида убийцы, обыскивающего труп жертвы, или камников, сжигающих тело убитого в камине.
Но что действительно подлежит критике в «Герцоге Гизе», так это то, что 10 лет спустя после «Дела Дрейфуса» он не отошел от техники, выработанной Мельесом в своем «ателье поз» в Монтрэ. Авторы фильма не подозревают о существовании монтажа, который в то время уже систематически употреблялся. Фильм – всего лишь смена живых картин, снятых с точки зрения «господина из партера». В, этом плане «Герцог Гиз» – экранизированная пьеса не потому, что он порвал с традицией Мельеса, а потому, что он слепо ей следует. Другая слабость фильма – декорации, тщательно воспроизводящие залы замка в Блуа. Декораторы подошли к ним с позиций театра, а не кино. Безжалостный глаз киноаппарата обнажает плохо написанные холсты с условными тенями и фальшивой перспективой.
В студии в Нейи постоянно были сквозняки, холсты плохо натягивались, и потому позади Генриха III колышется перспектива галереи. Пусть актер одет со вкусом, сидит в кресле «подлинно XVI века» и даже держит в руке часослов в «переплете той эпохи с подписью Ле Гаскона», мы не в состоянии оценить всех этих достоинств, мы видим только, что стены замка колышутся на ветру.
Условность театральных декораций, которую ввел Мельес и которую он до некоторой степени преодолел своим безудержным воображением, заставлявшим забывать о фальшивых тенях и плоских силуэтах, вырезанных из картона, не была преодолена «фильм д’ар», как и остальными французскими фильмами, вплоть до 1914 года. Именно это отсутствие реализма и масштабности в декорациях обусловило то, что французские фильмы были побеждены итальянскими, а впоследствии американскими.
Главным достоинством «Фильм д’ар» – предприятия, руководимого актерами, – было то, что она опровергла устаревшие правила драматической игры в кино.
Во всем мире к «Убийству герцога Гиза» отнеслись как к шедевру. Восхищался им и Давид У. Гриффит, некоторые сцены «Нетерпимости» которого странным образом напоминают фильм Ле Баржи (и не только потому, что это тоже эпоха Генриха III).
Надо признать, что по сравнению с современными ему фильмами «Убийство герцога Гиза» поражает сдержанностью игры актеров, за исключением Ле Баржи, который, по мнению Жассэ, шаржирует, как это делали потом Гарри Баур, Чарлз Лаутон и Эмиль Яннингс.
Когда Ле Баржи хочет перевести на язык жеста знаменитые слова «Я никогда не думал, что он так велик», он терпит полную неудачу. Но вспомним, что это была работа дебютанта. И, несмотря на все это, Генрих III Ле Баржи в 1908 году был, пожалуй, первой попыткой психологической игры на экране. Ле Баржи заменяет жестикулирующие силуэты традиционного кино «образами-характерами» – это его основное достижение, которое американская школа «Вайтаграфа», «Байографа» и Гриффита использует после 10 лет разрозненных усилий при создании фильмов действительно международного класса.
Фильм «Убийство герцога Гиза», революционный с точки зрения игры актеров и традиционный в области постановки и монтажа, является знаменательной вехой в истории кино. После него в кино наступило господство авторов и кинозвезд. «Фильм д’ар» породила большие пышные постановки итальянцев, психологические драмы датчан, привела к созданию американской школы во главе с Гриффитом. «Фильм д’ар» открыла новую эру в истории кино – ту самую, которая вскоре получит название «эры немого кино».
Но, несмотря на свое историческое и эстетическое значение, это начинание потерпело неудачу.
Мы будем изучать в другом томе последующую деятельность «Фильм д’ар». Заметим только, что к ошибкам режиссеров присоединились финансовые затруднения. Чтобы избежать банкротства, фирма вынуждена была прибегнуть к услугам драматурга Поля Гаво, автора «Маленькой шоколадницы».
Итак, творческий порыв был растоптан в самом его расцвете – другие страны пожали плоды, взращенные французским кино.


Когда ты смотришь на орла, ты видишь частицу гения. Выше голову! -- Уильям Блейк.
When thou seest an Eagle, thou seest a portion of Genius. lift up thy head! -- William Blake.
 
Форум » Библиотека » Всеобщая история кино. » 18 «Фильм Д’ар» (Франция, 1908) (Том 1. Часть 4. Глава 18.)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Сайт управляется системой uCoz



Rambler's Top100 Регистрация в каталогах, добавить сайт 
в каталоги, статьи про раскрутку сайтов, web дизайн, flash, photoshop, 
хостинг, рассылки; форум, баннерная сеть, каталог сайтов, услуги 
продвижения и рекламы сайтов